Фантазия тридцать третья Завершение отрывка

ФАНТАЗИЯ ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ Завершение отрывка
Фантазия тридцать вторая                 СОДЕРЖАНИЕ 

33

                                                                     

Он мало изменился с тех пор, как Иман видела его в последний раз. Сухая, жилистая фигура облаченная в белые развевающиеся одежды, тюрбан на голове. Острый как кинжал взгляд из под кустистых седых бровей.  Он медленно зашел в комнату, и заметив Амину резко бросил:

- А ты что тут здесь делаешь, девочка?

 - Я… я принесла госпоже еду… - залепетала Амина, чувствуя, как кровь бросилась ей в лицо, и в очередной раз порадовалась, что на ней достаточно плотная ткань, прикрывающая лицо.

- Ну, так забирай поднос и уходи, - проговорил Насреддин эфенди, и Амина схватив поднос бросилась вон из комнаты. Но переступив порог комнаты, она, осторожно держа поднос одной рукой, прикрыла дверь… неплотно.

     То, что она сейчас сделала не поддавалось объяснению. Подслушивать нельзя, но уйти невозможно!  Эта странная женщина с чудесными темными глазами, о Аллах! Это она –беглянка из гарема!  Как слышала Амина на базаре, Саладин объявил небывалую награду тому, кто приведёт ее назад или хотя бы сообщит что-то о ней.  Иманн жила в султанском гареме! Об этом месте шептались все молодые девушки Каира. Но султанский гарем окружала такая плотная завеса тайны, что сквозь нее просачивались только ручейки сплетен. Девушка, оказавшись на его пороге теряла связь со своей семьей. Часто навсегда.  Иманн не только жила там, она покинула Саладина, вышла замуж за франка. И ее прячет дед.

Антуан де Шарэль.  Разве могут быть у мужчины такие невероятно синие глаза?

- Насреддин эфенди, вы с графом де Шарэль спасли мне жизнь, и я благодарна вам за это, - услышала Амина голос Иманн, - но это не объясняет его появления в вашем доме.

- Саладин знает, что вы все еще в Каире, - заговорил дед, как показалось Амине, игнорируя вопрос Иманн.  – Он ищет  вас, госпожа.

- Я знаю,  эфенди, к тому же, расстались мы не лучшим образом, - молодая женщина усмехнулась и откинулась на подушку. – Но видит бог, я не желаю ему зла.

- Да, думаю, не желаете, иначе – султан был бы уже мертв. – Ответил старик, а Амине оставалось только поразиться и словам, и мягкости его голоса. Она никогда не слышала, чтоб дед так говорил с кем бы то ни было. – Его люди обыскиваю Каир. Он знает, что вы тяжело ранены, и вам нужна помощь. Всем лекарям дали понять, что они окажут личную услугу повелителю, если сообщат о раненой женщине. Салах ад Дин  одержим вами, Иманн.

     Поднос слегка дрогнул в руках Иманн. Что же  сейчас происходит?

- Часть ран, во всяком случае плечо  - это работ Саладина.

- Вас ранил султан? – воскликнул Насреддин эфенди.

- Да, но это был честный поединок, - вздохнула Иманн, - в моей руке был меч, и я была в его спальне.

     Де Шарэль молча смотрел куда-то за пределы комнаты сквозь прикрытые ставни. Он чувствовал, что она говорит правду, но можно ли поверить в такое?! Тогда, на постоялом дворе она виделась ему пусть и прекрасной, но все же обычной искательницей приключений, которой зачем-то понадобился титул. Сейчас, слушая их малопонятный разговор, Антуан как бы погружался в зыбучий песок. Каждое сказанное слово все больше и больше затягивало его в песочный омут.  И Саладин… Человек, о котором  при франкском дворе говорили с уважением, даже с восхищением,  как о великом войне, ранил ее… Женщину - в руке которой было оружие. А сейчас объявил баснословную награду за информацию об этой женщине.

- Шахрир перевернул Каир в поисках знаний о древней царице и таинственном камне. И он все еще ищет. В своем желании открыть тайну бессмертия, он пойдет на все. Поиски Древней царицы возможно приведут его к  замку увечного короля.

     Антуан успел заметить, как мгновенно расширились глаза Иманн, но уже через секунду ее лицо приняло знакомое ему безмятежное выражение.

- Это поиски не Шахрира и самого Сала-ад-Дина, - пробормотала она. – Шахрир никогда не сможет достигнуть замка увечного короля, а Саладин… Если постарается, то сможет.

     Это был птичий язык. Антуану показалось, что старик внезапно стал выше и моложе. Лицо изменило выражение и кожа стала более гладкой. Плотно сжатые губы. Чуть прищуренные глаза, блеснули из под гривы темных волос. Перед ним был не старик, но рыцарь, на бедре которого была ужасная рана.   Граф  моргнул, и  видение исчезло. Остались только Иманн и старик в длинном белом одеянии с тюрбаном на голове.     

- Цель моей жизни служение вам, госпожа, - тихо произнес он и бросил быстры взгляд на франка, но тот пораженный видением не услышал его, - я знал о том, что вы в Акре вышли замуж, и я должен был отыскать вашего мужа. Я должен был отыскать вас обоих, госпожа. 

- Я не хотела этого. Я ничего этого не хотела! – проговорила Иманн, прикрывая глаза.

- Мы не выбираем свою судьбу, госпожа. Это она избирает нас и ведет одной ей ведомыми путями. Неужели вы хотите вернуть свою прошлую жизнь? Жизнь наёмного убийцы? Неужели вам никогда не видятся в ночных кошмарах тени убитых вами людей? Их души не приходили к вам в темные безлунные ночи и не взывали к отмщению?

     К Антуану вернулось ощущение ночного кошмара. Тот момент – когда ты понимаешь, что это сон – но вырваться из него не в состоянии.

- Вы, по мимо гаремной одалиски еще и наемный убийца, мадам? – только и смог выговорить Антуан, не сводя с нее глаз. Выговорить спокойно, почти без эмоций. Но он много отдал бы сейчас, чтоб быть подальше отсюда, и никогда не встречаться с этой женщиной.

- Она лучшая, месье рыцарь, - сухо заметил эфенди. – Вы не знали на ком женаты? Конечно же нет, иначе вы сейчас не были бы похожи на рыбу, вытащенную из воды. – Похоже, ситуация его искренне позабавила.

- Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? –  Антуан скрестил руки на груди и уставился на Иманн.

- Мы должны покинуть Каир, месье рыцарь, - Иманн скромно потупила взгляд, полностью игнорируя его вопрос. – Это все, что я пока могу вам сказать, и поверьте это для вашего же блага.  – Надеюсь, вы будете столько добры, что поможете добраться мне до Цитадели, месье рыцарь.

- Конечно! И зачем я только спрашивал? И что, мы можем просто собраться и уехать в эту вашу Цитадель? А как же ваши поклонники? Султан Саладин, например, великий визирь? Черт знает кто еще? В жизни не слышал большего бреда, чем тот, который вы тут сейчас несли, и что такое это ваша Цитадель? А главное, где она?

- Цитадель — это место, его еще иногда называют Замком Увечного короля. Там я могу немного отдохнуть. Не беспокойтесь, ваши труды будут достойно оплачены, - по ее сухим губам скользнула легкая усмешка. – У нас же с вами договор - я получаю ваше имя и титул, а вы деньги.

- Верно, - Антуан склонил голову, - но пока что, только вы получили свою часть по сделке.

     Амина перестала дышать, боясь пропустить хоть одно слово из разговора.

- Думаю, вам надо отправляться в путь как можно быстрей, - вступил в разговор Насреддин эфенди, - оставаться в Каире нельзя. Саладин ищет Иманн. – Он посмотрел на женщину, -      Вам нужен уход, госпожа Иманн, вы все еще больны – я отправлю с вами девочку - свою внучку Амину. Это хорошая девочка, несмотря на ее пустую голову.

- Это может быть опасным, - проговорила Иманн, - я не могу рисковать жизнью ребенка.

- Служение вам - для меня и моей семьи честь, и к тому же я уверен – Амина  рядом с вами будет в такой же безопасности как дома.

- Разве? Вы полагаете, компания наемного убийцы, а в прошлом гаремной одалиски – достойное общество для молоденькой девушки, собирающейся замуж? – засмеялась Иманн, и бросила лукавый взгляд в сторону графа.  

     У Амины задрожали руки. Сейчас девушка больше всего на свете боялась, что дед передумает и оставит ее дома. О Аллах! Неужели она может отправиться с ней? С этой женщиной и синеглазым франкским рыцарем? Сердце колотилось так громко, что самой себе напоминало гонг, и оставалось только  удивлялась, почему его не слышат все вокруг.  Боясь уронить поднос, она сделала несколько шагов по направлению к лестнице. Она должна уйти и  немного успокоиться, а главное не слышать приговора ее судьбе.

…Беседа с Навигатором закончилась ближе к полуночи. Ветер почти стих, но волны по-прежнему  с неугасающей силой разбивались о прибрежные скалы, неприступным кольцом окружавшие Цитадель. Их грохочущий звук был прекрасно слышен в замковой столовой, куда их всех проводил сам Навигатор по окончании разговора, на ужин. Когда они вошли, в помещении было уже тепло, от двух пылающих в разных концах зала каминов, а стол готов к вечерней трапезе. Серые каменные стены были завешены тяжелыми ткаными гобеленами, краски на которых немного поблекли от времени. Видимо рыцарские сцены украшали замковую столовую не одно десятилетие, а может, и столетие, так как узкие окна почти не пропускали солнечный свет, тем самым не давая краскам выгорать. В узкие готические просветы были вставлены цветные витражи, и должно быть, в ясный день, когда солнце проникает сквозь цветные стекла, зала приобретает более веселый и живой вид.

     Сейчас, освещаемое свечами и неровным светом каминов, помещение выглядело строго, почти сурово и в тоже время торжественно. Граф де Шарэль подумал, что именно так он и представлял себе Цитадель.

     По окончанию трапезы, он был предоставлен сам себе. Первый раз за столько продолжительное время, когда они в спешке покинули Каир, де Шарэль остался в одиночестве. Навигатор предложил ему воспользоваться библиотекой Цитадели, которая насчитывала тысячи томов, и в которой хранились, по его словам, очень редкие издания, но графу хотелось поговорить с Иманн. После завершения пути, им так и не удалось перемолвиться даже словом. Она с Аминой покинули графа сразу по прибытии, и больше он их не видел.

     Снаружи замок выглядел огромным, но во времени графа никто не ограничивал, и он решил, что рано или поздно, но он найдет жену. Он так и не привык к тому, что женат. И ему каждый раз приходилось произносить про себя несколько раз это слово, чтоб окончательно понять его смысл. Жена. Одалиска? Убийца? Разве такое возможно? Совсем недавно, де Шарэль был готов поклясться, что нет. Он не собирался жениться, тем более здесь,  в Палестине. Наверняка позже, ему нашлась бы подходящая пара из какой-нибудь старой, благородной семьи. Но Иманн… невероятно прекрасная в темно синем платье или сейчас, в этой странной рясе-плаще, разве можно представить, что он когда-нибудь познает эту женщину? Глядя в ее холодное, будто высеченное из мрамора лицо, опущенные вниз глаза, гладко зачесанные назад волосы, без признака каких либо украшений, граф де Шарэль словно видел перед собой незнакомку. Да она, собственно, и была для него незнакомкой.

     Граф двигался по пустым, полутемным коридорам цитадели, и редкие светильники лишь частично разгоняли тьму. Под высокими готическими сводами гулко отдавались его шаги, многократно отражаясь вдалеке и казалось, что целая толпа призраков следует за ним по пятам. И это был единственный звук, который наполнял окружавшее его пространство, так как сюда не долетал шум морского прибоя.  То справа, то слева попадались закрытые двери, но благородный рыцарь не видел причин их открывать. Коридор, по которому он двигался, пересекался с другими, такими же, которые убегали в разные стороны, скрываясь во тьме, иногда попадались  лестницы. Скоро ему показалось, что он или заблудился или попал во временную дыру и движется уже не по замку, а где-то за пределами времени.

     Поддавшись внезапному импульсу, граф снял со стены факел, подошел к ближайшей двери и распахнул ее. Дверь бесшумно открылась. Де Шарэль оказался на пороге покоев размером в несколько десятков квадратных метров. Видимо, когда-то, этот замок был более многолюден, и здесь проживал какой-то член ордена. Но не послушник. Слишком красивым, можно сказать, роскошным было убранство, даже сейчас, когда покоем не пользовались уже много лет. В комнате не было мебели, только выцветший, но еще крепкий ковер на полу и гобелены на стенах. Холодный камин был украшен лепниной, но главным украшение помещения были стены. Они все сплошь были расписаны фресками, изображавшими сцены из простой жизни жителей замка или военными баталиями. Де Шарэль заметил, что кое-где попадались изображения прекрасных дам в нарядных туалетах, восседающих на тронах монархов, коленопреклоненных рыцарей, но де Шарэль не нашел среди сотен сцен ни одной на религиозную тему. Религиозный орден без фресковой иконописной живописи?! Да и вообще, в какого бога верят эти люди в темных широких рясах?! Кто такие эти Войны Архангела Михаила, как они себя ему назвали, и какой путь они избрали себе в жизни? Что такое Замок Увечного Короля. И кто сам король? Навигатор? Они служат Истине, как они говорят, но что это значит?

     Де Шарэль провел рукой по каминной полке и на его руке остался серый след, а на мраморной поверхности белая полоска, но в замке не чувствовалось запустенья, просто покой, как будто само время, иногда, заглядывает сюда отдохнуть.

     Внезапно, в наступившей тишине, граф услышал звуки песнопения, словно где-то далеко запел церковный хор. Мелодия была и знакомая, и незнакомая одновременно. Он вышел в коридор, мелодия стала звучать чуть громче, но все равно, недостаточно, чтоб разобрать слова. Граф, закрыв дверь, снова двинулся по коридору, стараясь следовать за звуком. Это наверняка была капелла, где начиналась вечерняя служба.

     Де Шарэль остановился, ему показалось, что звук стал громче, ему даже удавалось различать некоторые слова, хотя он и не понимал их, но может быть, они вовсе были лишены значения? Казалось, они раздаются прямо отсюда, из-за закрытой двери  и граф резко ее распахнул.

     Первое, что он увидел, была коленопреклоненная фигура в обычной для этого места темно-серой рясе-плаще. Все вокруг было погружено во мрак, а свет исходил от двух свечей стоящих на низком столике. Их света было достаточно, чтоб он сумел разглядеть, кто перед ним.

- Иманн… - Тихо произнес он, и девушка подняла голову. - Что вы здесь делаете?

     Девушка поднялась с колен. Граф краем сознания отметил, что мелодия песнопений сменилась, но стала звучать чуть ясней...

- Я здесь живу. – В таком ответе не было ничего необычного.  

- Мне кажется, или действительно где-то поют? - Он решился произнести этот вопрос в слух. Может вся эта музыка лишь плод его воображения?

- В капелле, для христиан идет служба.

     Антуан заметил ее уточнения.

-  А вы? Вы христианка?

- Почему вас это удивляет?

- Вы провели столько лет среди невер… - смутился Антуан. В действительности, он никогда не задумывался о том, в какого же бога верит его жена и верит ли вообще. – Почему вы не в капелле?

     Во время путешествия из Каира в Цитадель он мало узнал о ней. Сначала Иманн была еще слишком больна, а потом они никогда не оставались наедине, что бы он мог задать ей вопрос. Иманн лишь сказала, где родилась, и кто ее отец, уже от одного этого можно было прийти в ужас. Упомянула, что это он, Рашид ад Дин,  и его войны обучили ее всему, что она умеет, и что именно отец избрал для нее жизненный путь война-убийцы.

     Все отцы, которых раньше знал Антуан, избирали для своих дочерей мужей…

- Это не обязательно. Бог везде, и истинно верующий может молиться под чистым небом, так же искренне, как и в соборе, будучи уверенным, что его молитвы будут услышаны, - в его мысли проник голос Иманн, и ему потребовалось несколько секунд, чтоб вернуться в настоящее, -  Но что же вы стоите, проходите!

     Иманн быстро зажгла еще несколько свечей и сквозь тьму проступили очертания комнаты.

- Как вы меня нашли? - спросила девушка, ставя свечи на камин.

- Я просто шел по коридору. Вокруг были двери, за остальными  была пустота - за этой вы. Можете, если хотите, назвать это случайностью.

- В Цитадели этого слова не существует. - По ее губам, впервые за время пребывания здесь скользнула улыбка.

- Иманн, вы же понимаете, что нам надо поговорить. Я хочу знать, что происходит. – Де Шарэль вздохнул, - вы знаете, сколько раз я уже повторил эту фразу после знакомства с вами?! Раз сто, наверно! Но так ничего вразумительного в ответ не услышал. Что это такое, Цитадель? Что такое Замок Увечного Короля? Кто эти люди? Они называют себя войнами Архангела Михаила, что это значит?  И самое главное – кто вы?

Иманн улыбнулась,

- Я все еще не могу ответить вам, граф. Не потому что не хочу, - поспешила добавить она, предвидя его вопрос, - просто на некоторые вопросы вы должны найти ответ сами.

- Почему человек, которого здесь называют Навигатором предлагал расторгнуть наш брак?

- Потому что, он был заключен под принуждением. Я посчитала, что мне необходим брак с вами, и вы женились на мне. Я не имела право на это так как тем самым я нарушила свободно право выбора и свободной воли. Вашей свободной воли, месье.  

- Я уже не могу расторгнуть с вами брак, Иманн. В конце концов, как вы правильно заметили -  у меня есть только имя. И я должен его подороже продать. Ваша цена оказалась самой выгодной. – Он улыбнулся. – Так что о разводе забудьте.

- Цена! – Иманн улыбнулась, -  пока кроме неприятностей, вы не получили от сделки  ни гроша.

    Она взяла  со стола меч…  Видимо он лежал там все время, просто Антуан его не замечал. И медленно направилась в его сторону.

     Песнопение стало  громче, и звучало так, как будто приблизился сам источник звука. Иманн молча, сделала несколько шагов по комнате, а граф почувствовал, что ему стало трудно сосредоточиться. Мысли, в прямом смысле, разбегались в стороны.  Видимо, он очень устал за сегодняшний день, и нуждался в отдыхе. Вдруг де Шарэль заметил, как рыцарь на одном из гобеленов, взмахнул мечом, и голова поверженного врага скатилась на землю… Лошадь встала на дыбы и чуть не сбросила седока… 

    

      Он на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их, он был уже не в комнате, а на улице перед замком. Подъемный мост был опущен, а цепи, которые должны были поднимать его, бились о камни рва. Рва, давно заросшего сорной травой. Сам замок, точней то, что от него осталось, по-прежнему возвышался на вершине скалы, но окон давно не было, а на смотровых башнях успели вырасти деревья. Часть стены обвалилась, открывая взору большую винтовую лестницу, убегающую вверх, прямо на небо…

     Де Шарэль оглянулся. Вокруг была пустота, как в первый день творения. И тут, в одном из проемов окна, он заметил человеческую фигуру. Она показалась всего на мгновение, но рыцарю было этого достаточно, чтоб узнать ее. Иманн.

     Не раздумывая, насколько прочен мост, он, спотыкаясь, об осыпавшиеся камни, бросился в замок. Путь до него, вопреки ожиданиям, занял гораздо больше времени, чем рассчитывал рыцарь. И вблизи Цитадель выглядела еще более старой и разрушенной. Прошло не меньше нескольких сотен лет… Значит он в будущем?! Господи, спаси и сохрани, меня от наваждения… Тут де Шарэль оказался у подножия каменной винтовой лестницы, той самой, что он видел издалека. Многие ступени были стерты, а вместо некоторых пролетов зияли провалы, но рыцарь все равно бросился по ней вверх. Бланш была там, в замке, он был уверен, что видел именно ее, а эта лестница была единственной дорогой туда.

     Он оказался на втором этаже, в том самом коридоре, по которому шел вчера вечером… или пять столетий назад… И стой и с другой стороны были двери, или то,  что от них осталось. А сквозь проемы, виднелись комнаты, наполненные пылью столетий.  Рыцарь заглянул в один из проемов, без двери. Ему показалось, что он узнал комнату, ту самую, где он разглядывал настенные росписи, которые сейчас были едва различимы. Медленно, поднималась пыль, которая кружилась в лучах, проникающего сквозь провал окна солнца, де Шарэль приблизился к камину. Лепнина частично обвалилась, да он и сам не знал, что хотел там найти, но… на каминной полке он разглядел четкий белый след от своей руки…

     Шорох заставил его резко обернуться, и он успел заметить, словно плывущую по воздуху, закутанную в серую дымку фигуру.

- Иманн! - хотел крикнуть он, но их горла вырвалось лишь дыхание.

     Иманн секунду назад далекая как звезда оказалась напротив него. На ней было ослепительно белое платье, стянутое поясом на талии и пышными складками струящееся до самой земли, а на шее - ожерелье в виде кольца из белого металла с вкраплениями золота из центра которого сверкая спускался на короткой цепочке изумруд. Это был тот самый камень, который Антуан видел в рукояти меча, мутным и необработанным.  Странный меч тоже был здесь. Он был абсолютно черный, невероятно прекрасный, а из того места где раньше пребывал изумруд, строился яркий белы свет.

     Женщина в белом платье опустилась на одно колена и протянула  двумя руками ему этот меч, с по черному клинку которого стали  пробегать крохотные всполохи света. С каждой секундой света становилось все больше и больше и вскоре в протянутых к нему руках Иманн, сиял один белый холодный свет, лишь по форме напоминающий меч.

- Я отдаю тебе меч  Святого архангела Михаила, - услышал он ее голос, -   я отдаю под твою защиту свою кровь и жизнь, веря в данные тобою обеты. Я признаю тебя своим Хранителем.   

     Он не успел сделать даже один вдох, как Иманн исчезла. А в его руках оказался пламенеющий меч архангела Михаила.

     Он сделал два шага к двери, и оказался… снова на лестнице. А серая фигура мелькнула уже где-то вверху. Граф, сжимая в руке чудесный меч,  бегом бросился за ней, слыша лишь звук собственного дыхания и удары безумно колотящегося сердца.  Лестница, странным образом, почти парила в воздухе, но рыцарь уже не мог размышлять...

     Ступени заканчивались возле огромных, закрытых дверей. Де Шарэль толкнул створки рукой, еле удержав равновесие. Дальше была пустота. Абсолютная пустота и свет, который ее наполнял.

     А в этой пустоте… парила чаша. Нет! Не Чаша… Уже кубок! Тут же вместо кубка оказался камень.  Потир. Снова Чаша.

     Граф резко вздохнул, и только сейчас понял, что стоял, все это время, не дыша, и  благоговейно опустился перед Чашей  на колени…

ФАНТАЗИЯ ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ